obsrvr (obsrvr) wrote,
obsrvr
obsrvr

Categories:

PutinLand =- это Флоренция XV века сегодня.....


Медичи

Навеяно одним постом френда где он поет гимн созидательной роли капитализма и бичует грабительский феодализм
Очень хорошо написано, но опять хм-м-м неисторично
Проблема-то проста - типичная проблема попытки побега из феодализма в капитализм, которые не часты и не всегда долго-успешны из-за унутренних проблем капитализма

Большие цитаты из А.Оноприенко -
Традиционно начало классического капитализма принято отсчитывать с конца XVI века и связывать с золотым веком Северных Нидерландов. Но ещё четырьмя веками ранее, с XII по XV, попытку побега в новый уклад предприняли города Северной Италии во главе с Флорентийской республикой 1115-1532. В Италии, следует отметить, было положено начало не только классическому капитализму, но и феодализму – реформами римского императора Диоклетиана 284-305. По своей социальной структуре феодализм скроен так, чтобы минимизировать риски дистрофии денежного обращения для населения и государства. В отличие от него классический капитализм всегда был системой с высоким встроенным уровнем рисков денежного обращения и обмена. Чтобы спровоцировать побег из области низких в зону высоких рисков требовалось стечение нетривиальных обстоятельств.
...
Классический капитализм неразрывно связан с трансформацией производственной ренты в формат эксклюзивной, т.е. очень высокой. До XI века Капитал знал два вида эксклюзивной ренты: 1) от монополизации морской торговли, 2) корпоративная рента. Производственная рента стала третьей в ряду.
....
В XI-XIII веках в Северной Италии сложились условия, позволившие континентальным капиталам буквально рывком подтянуть технологии товарного производства до уровня, с которого производственная рента трансформировалась в разряд эксклюзивных. Переход на фундаменте первых мануфактур к пооперационному разделению труда привёл к резкому повышению его производительности и качества, снижению издержек и затрат на обучение работников. Эффект кардинального роста продуктивности и качества на фоне существенного снижения издержек стал ключевым фактором превращения производственной ренты в эксклюзивную.
....
Однако системному присвоению производственной ренты мешал феодализм, с которым был связан хронический дефицит свободной рабочей силы в городах. Но мы уже знаем, что если социальный организм нащупал новый формат процессов, энергетически более эффективный – позволяющий присваивать ресурсы с существенно меньшими затратами энергии, а мануфактура, несомненно, таковым была, то энергетическая оптимизация выделит в потоке изменчивости признаков направление, устраняющее все препятствия на пути к найденному формату. Поэтому феодализм в Северной Италии был обречён.

Но не всё с ним было столь просто. Феодализм не только защитил бóльшую массу населения от свойственного Средневековью хронического дефицита денег, обеспечив вполне сносную жизнь в рамках натурального обмена, он был ещё и формой организации власти. Поэтому его демонтаж означал захват политической власти субъектом, в чьих интересах демонтаж производился, т.е. Капиталом.

Мы быстро пробежались по тем признакам, которые неизбежно сопровождают трансформацию производственной ренты в формат эксклюзивной, следовательно, отличают классический капитализм от собственно капитализма:
1) кардинальное углубление разделения труда
2) вызванная им трансформация производственной ренты в эксклюзивную
3) вынужденный осознанный демонтаж феодализма
4) захват Большими Капиталами политической власти.
Сформулировав признаки, самое время перейти к обсуждению обстоятельств, стечение которых позволило североитальянским городам совершить побег в классический капитализм, пусть и преждевременный.
....
На тернистом пути побега в классический капитализм бревном лежал фактор, тому препятствовавший – состояние денежного обращения Европы в начале Классического Средневековья, а это XI век. Учитывая хроническую нехватку денег, даже локальный отказ от феодализма выглядел крайне рискованным, поскольку тот служил важнейшим социальным демпфером, предохранявшим основную массу простых тружеников от последствий денежной недостаточности.
....
Но самую большую проблему представляло вымывание денег из обращения в свободный капитал.
Порой изъятие денег было безвозвратным, порой возврат в обращение производился с большими задержками:
Мало того, значительное количество монеты извлекалось из оборота и сохранялось в качестве сбережений, скопляясь в руках отдельных лиц и корпораций.


На фоне столь плачевного состояния денежного обращения отказ от феодализма, выступавшего страховкой для неимущих, безусловно, был рискованным. Обратный переход от натурального обмена к товарно-денежному и взимание производственной ренты, эксклюзивный формат которой означал изъятие больших объёмов прибыли в накопления, были бы невозможны без существенного наполнения денежного обращения золотом и серебром. И это было ещё одно обязательное условие реализации побега в классический капитализм.

Скачкообразное увеличение в Европе в 1204 денежной массы стало главным стимулом к развитию товарного производства. Его бурный рост имел следствием столь же бурное ускорение накопления свободных капиталов.

В первой половине XIII века это не приводило к эксцессам. Во-первых, невозможно было сразу израсходовать потенциал византийского джокера. Во-вторых, и это главное, расширение предложения товаров требовало инвестиций в производство, а они тут же перерабатывали свободные капиталы обратно в платёжеспособный спрос. О темпах расширения производства в первой половине XIII века, следовательно, и интенсивности инвестиций свидетельствует всё тот же бурный рост населения Флоренции с 15 до 75 тысяч.

На первых порах свободные капиталы эффективно утилизировались и через элитарное потребление, в которое окунались семьи, дорвавшиеся до своих первых больших денег. Так, к примеру, во Флоренции семья, заработавшая первые 20 тысяч флоринов, сразу приступала к строительству дворца. Тем самым они перерабатывали накопленные свободные капиталы в платёжеспособный спрос со стороны строителей, мебельщиков, драпировщиков, художников, кузнецов и прочих изготовителей роскоши.

Закавыка в том, что при наличии платёжеспособного спроса рост товарного производства, а с ним и предложения товаров, продолжается непрерывно и, в конце концов, превышает возможности наличествующего в обращении объёма денег обслуживать процессы обмена и накопления. Византийский джокер сослужил службу, но во второй половине XIII века, несомненно, сдулся. Европе требовался значимый постоянный приток новых денег в объёме, существенно превышавшем добываемые к тому моменту около 10 т серебра в год и выручку в Мали, Индии, Леванте и пр. К тому же помощь морской торговли в регенерации денежного обращения была сродни американской: с одной стороны, она генерировала платёжеспособный спрос из внешних источников денег, с другой, она же его и пылесосила, реализуя доставляемые заморские товары. Что ж, эффективность морской торговли требовала двусторонней загрузки.

Без вливания в экономику денег из новых источников её ждала недостаточность спроса или избыток товаров, если желаете. За этим следует мгновенная остановка инвестиций, что ведёт к практически полному и быстрому вымыванию денег из обращения в накопления, а с тем к коллапсу обмена и производства.

К началу XIV века Флоренция превратилась в монстра, накачанного мощными мускулами производительных сил, который с огромной скоростью и в огромных объёмах перерабатывал платёжеспособный спрос Европы, выкачивая из него золото и серебро в свободные капиталы:

Флорентийские компании, а именно во Флоренции появился в XIII веке термин «компания» – compagnia, вели самый доходный за всю историю Средних веков суконный бизнес. Финансовая мощь республики возрастала с каждым днём. Уже в 1320 оборот сотни крупнейших компаний Флоренции составил 6 млн. флоринов, что превышало, к примеру, доход британской казны в 100 раз. А доход городской коммуны превысил отметку в 300 тыс. флоринов, А.Е. Герасимов, «Банкротства».

Доход городской казны Флоренции, судя по цифрам, тоже превышал бюджет английской короны, но «всего» в пять раз. О чём ещё говорят цифры? О том, к примеру, что выручка в 6 млн. флоринов эквивалентна 21 т золота. При минимальной тогда рентабельности в 20% прибыль флорентийских компаний составляла около 3,5 т золота в год, а это эквивалентно 50 т серебра, что в разы превышало всю его годовую европейскую добычу. Элитарное потребление, налоги, церковная десятина, безусловно, съедали часть этой суммы, возвращая деньги назад в обращение, но вряд ли больше половины. Большую часть из остававшегося после этого на руках тоже следовало вернуть в денежное обращение, дабы не обрушить его.

Недостаточность средств обращения подтверждается, к примеру, теми значительными затруднениями, которые вызывал всякий крупный платёж. Ввиду недостатка монеты в обращении для обеспечения ими происходило принудительное изъятие золота и серебра в виде артефактов. Так, например, в 1313, 1332 и пр. годы во Франции издавались распоряжения, чтобы всякий принёс треть своих вещей из золота и серебра для перечеканки в монету, которую население получало по истечении определённого времени, т.е. де-факто имел место заём со стороны короны. Также ювелирам запрещалось выделывать предметы свыше определённого веса, а то и вообще практиковалась временная приостановка их производства.

В XI – начале XIII века капиталы Милана и других городов Ломбардии были в лидерах забега в классический капитализм на растущем платёжеспособном спросе. Именно Милан первым получил независимость и возглавил Ломбардскую лигу в борьбе за городские коммуны против сеньоров и империи. Однако по мере ожесточения конкуренции за массовый спрос Милан стал проигрывать Флоренции, имевшей явные геополитические козыри. Обратный разворот Милана от городской коммуны к феодализму тоже стал одним из индикаторов назревавшего кризиса – того, что спроса на всех явно не хватает.

Относительная слабость миланских капиталов привела к тому, что в Ломбардии восторжествовали гибеллины. В 1277 архиепископ Оттоне Висконти, опираясь на поддержку императора, перехватил контроль над городом у семьи Дела Торе и окончательно сменил форму правления с республиканской, в её олигархическом варианте, на режим наследственной синьории.

....
бурный всплеск товарного производства исчерпал весь потенциал роста, съев свой финансовый фундамент, как его не укрепляли. А с ним исчерпались возможности утилизировать в сфере производства прирост населения. Более того, кризис дал отмашку на приведение ставших явно избыточными производительных сил и наполнявшей их армии тружеников, резко выросших в жирные годы, в соответствие с объёмом чистого платёжеспособного спроса

Такова жёсткая логика классического капитализма, который управляется не мощью Разума, а буйством коллективных инстинктов, главный их которых – стяжательство. Кризис сделал очевидным, что при отсутствии обильных источников денег, инструментов их мультипликации и конвертации накоплений в спрос, демонтаж феодализма с имманентным ему натуральным обменом был убийственным. Вместе с ним разрушился защитный кокон, предохранявший огромную часть населения от последствий денежной недостаточности.
....
Европа пошла уже проторенным, мало того, единственно верным путём – возврат в феодализм там, где случились отклонения. Усиление с конца XIV, продолжавшееся весь XV век, власти королей и сеньоров вернуло Европу на траекторию устойчивого развития, обеспечившего столь же устойчивый рост населения – не ниже, чем при побеге в классический капитализм. И это несмотря на хроническую денежную дистрофию
....
Флорентийская республика не стала исключением и тоже вернулась в феодализм.
В пожаре кризиса сгорели не все флорентийские капиталы. К тому же товарное производство пусть в существенно меньшем объёме, но продолжило генерировать приток свободных капиталов. Однако значение традиционных отраслей производства, страдавших от протекционизма и дефицита спроса, шло на спад.

После упомянутого выше восстания чомпи в 1378 во Флоренции в 1382 вспыхнул контрмятеж магнатов, ревизовавших в свою пользу многие республиканские вольности. Используя насилие и подтасовки в списках кандидатов на выборные должности, власть узурпировала олигархия. Возглавила её семья Альбицци, сколотившая прочную группу лояльных ей семей банкиров и «жирных пополанов». Опираясь на них, она сумела победить соперников: сначала семью Риччи, затем – Альберти. Альбицци доминировали в управлении Флоренцией на рубеже XIV-XV веков, но им так и не удалось монополизировать власть вследствие межсемейных конфликтов внутри правящей олигархии.

При стагнирующем производстве, как следствие, полном отсутствии инвестиционных ниш, свободным капиталам осталась доступной единственная возможность расширенного воспроизводства – только на долговом рынке. На первый план опять вышли банковские семьи, уже не столь отчаянные как Барди и Перуцци, наученные их горьким опытом. Такова жёсткая логика эволюции деградирующего промышленного центра.

Одной из молодых банковских семей были Медичи. Фундамент её благосостояния заложил потомок небогатого ремесленника Джованни Медичи 1360-1429, основавший свой банк. Уже при нём банк стал одним из богатейших в Италии.

Если Альбицци опирались на старую аристократию, главным образом на семью Строцци, то вокруг Джованни Медичи группировались пополаны и окрестные землевладельцы. Рост их влияния вызвал неудовольствие Альбицци и Строцци. В 1433 они изгнали из Республики Козимо Медичи 1389-1464, сына Джованни, возглавившего семью после смерти отца в 1429. Однако неудачная и затратная война 1429-1433 с Луккой и Миланом подорвала позиции Альбицци и резко обострила внутренние противоречия. В 1434 победу на выборах одержали сторонники Медичи. Козимо триумфально вернулся во Флоренцию, тогда как Альбицци были вынуждены навсегда её покинуть.

Вскоре Козимо, опираясь на образованную им комиссию Десяти, оттеснил от управления все высшие органы Республики и сконцентрировал властные механизмы в своих руках. На смену институту демократических выборов пришла система личной власти синьора Флоренции, что, однако, позволило обеспечить стабильность. Власть Козимо Медичи была почти свободна от вымогательств и насилия. Он пользовался полномочиями тирана для подавления внутренних смут и руководства сложными отношениями с Миланом, Венецией и Неаполем.


Социальные итоги побега Северной Италии в классический капитализм позволяют сделать вывод, что сколь республике (инструмент политической власти Капитала) не виться, а совьётся она в герцогство. Тому ни на йоту не стоит огорчаться, поскольку «монарх может оказаться хорошим парнем чисто случайно, политик – ни за что», Виктор Пелевин, «iPhuck 10». В подтверждение см. выше Козимо Медичи. Политиков же и высматривать не надо – их там, на верхних этажах любой республики, целые банды.

Очень похоже, что текущий побег в классический капитализм, который длится уже вдвое дольше рассмотренного здесь, имеет все шансы свиться в «герцогство». Этого потребует защита основной массы населения от дистрофии денежного обращения, которая обязательно случится из-за хищнических инстинктов Капитала, несмотря на обилие волшебных инструментов его регенерации. Герцогство, конечно, будет уже не классическое средневековое, и верховная власть в нём, скорее всего, будет передаваться не наследственно, а избираться коллегией выборщиков из круга высшей аристократии, что больше напоминает принципы Священной Римской империи германской нации или Советского Союза, с возможной маскировкой под всеобщие выборы. Но главное внутреннее содержание герцогства останется неизменным – тотальное доминирование административной власти над Капиталом, все крупные куски которого в целях общественной безопасности непременно должны стать собственностью герцогства. Если короче, то добро пожаловать в социализм.

И это – хороший вариант. Плохой – жестокая и циничная диктатура под личиной благолепия республики (сияющего огнями Града на холме), с обязательным жёстким контролем эмиссионным центром всех Больших Капиталов, не слабее, чем в герцогстве. И это тоже будет возврат всё в тот же феодализм с правом «чеканки монеты» только новыми глобальными феодалами.

Феодализм или социализм, как контрмеру деградации денежного обращения и товарно-денежного обмена, никуда не спрятать.


P.S. Obsrvr = вот такЪ
Феодализм устойчив на длительных временных интервалах, а капитализм нет.
Капитализм нуждается в притоке средств извне для нормального развития.
А иначе был ужо пример 15-16 века - Медичи из банкиров стали Великими Герцогами.
Капитализму работает хорошо, когда есть большой приток денег.

Недолгая весна мелкого РФ-капитализма 2003-2015 {с пиком в 2008 году} демонстрирует всю ублюдочность Попытки_Побега_В_Капитализм без Своей_Резервной_Валюты.
Свой 3 срок (с 2012 годочка) Great Genby начал с установления Бюджетного Правила, кои прикрывало поток денег в экономику от Чорнай Жижи. Я прямо вопиял в своих записях 2012 года и позже {Тег ЦБ} о том, что рост денежной масса отстает даже от официальной инфляции...
А потом перестал. А потом уже воочию видел как с 2013 годочка стал загибаться мелкий бизнес....
С 2014 годочка полетело все ваще стремительно.... И уже с 2017 годочка я регулярно пишу про неофеодализм.....
А все элементарно - мало тенге - приходит феодализм закономерно как восход Солнца .....

Можно бесконечно рассуждать какой Феррари быстрый капитализм производительный, а лошадь медленная феодализм убогий.
Но лошадка может себе найти корм, а Феррари нет. Феррари нужно правильно использовать не поддаваясь на искушениям свистну 200 миллиардов из бюджета никто и не заметит недолить масла или оптимизировать заправку бензином АИ-80.
То есть для капитализма нужны прям сверхчеловеческие усилия, чтобы не свиснуть то, что нужно экономике.
Как мы видим - это возможно только под внешней угрозой - Ленин.Сталин приде - порядок наведе....
Tags: история, капитализм, неофеодализм, финансы, экономические модели
Subscribe

  • Красное колесо. Август 14, воронка событий ....

    Читая современные дискуссии про Август-1914, отмечаешь часто неприятие-непонимание тогдашней общественной мифологии-идеологии - помочь несчастной…

  • Блеск и нищета техницизма

    2021-02-11 Пора выпускать из пробирки лёд-9? (1/x) С точки зрения теории коммуникации проблему возможность сноса и перезапуска всего Интернета…

  • Go to Navalning ....

    Идут на север, срока огромные. Кого ни спросишь – у всех указ. Взгляни, взгляни в глаза мои суровые. Взгляни, быть может, в последний раз. А…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

  • Красное колесо. Август 14, воронка событий ....

    Читая современные дискуссии про Август-1914, отмечаешь часто неприятие-непонимание тогдашней общественной мифологии-идеологии - помочь несчастной…

  • Блеск и нищета техницизма

    2021-02-11 Пора выпускать из пробирки лёд-9? (1/x) С точки зрения теории коммуникации проблему возможность сноса и перезапуска всего Интернета…

  • Go to Navalning ....

    Идут на север, срока огромные. Кого ни спросишь – у всех указ. Взгляни, взгляни в глаза мои суровые. Взгляни, быть может, в последний раз. А…