obsrvr (obsrvr) wrote,
obsrvr
obsrvr

Categories:

Тибет-11

ФЕОДАЛЬНО-КРЕПОСТНОЙ СТРОЙ В СТАРОМ ТИБЕТЕ

На протяжении веков вплоть до 1959 года, в котором приступили к демократическим реформам, в Тибете господствовал феодально-крепостной строй, в политическом отношении существовала теократия – диктатура верхушки духовенства и феодальной знати. По жестокости существовавших подрядков мрачная эпоха феодально-крепостного строя в Тибете нисколько не уступала феодальному средневековью в Европе, а может быть, даже превосходила его. В Тибете были три категории крепостников-землевладельцев: административная верхулка, феодальная знать и высокопоставленные служители монастырей. Они составляли лишь 5 процентов всего населения Тибета, но зато в их собственности были вся пахотная земля, все пастбища, леса, горы, реки и значительная часть скота. По данным статистики в начальный период правления цинов (17 век), из 3 миллионов кхал (15 кхал=1 гектару) пахотных земель 30,9 процента составляли владения административной верхушки, 29,6 процента – владения феодальной знати, 39,5 процента – владения монастырей и высшего духовенства. Накануне демократических реформ (1959) в Тибете насчитывалось 197 семей потомственных аристократов, 25 семей крупных землевладельцев, среди которых 7-8 семей пользовались наибольшим влиянием. Во владении каждой аристократической семьи было несколько десятков поместий площадью в несколько десятков тысяч кхал.

Крепостные и рабы составляли более 90 процентов населения. Они делились на «чаба» - крепостных, получивших от землевладельца небольшой надел земли и обязанных за это отбывать барщину, и «дуйцюн» -- так называемые «бедные дома» -- крепостных, прикрепленных к поместью хозяина и не имевших ни земли, ни личной свободы. Кроме того были «ланшэн» - наследственные рабы, лишенные каких бы то ни было средств производства и не имевших личной свободы. «Ланшэн» составлял 5 процентов населения.

Феодал владел крепостными как своей собственностью, мог распоряжаться ими, как хотел, мог продать, уступить, подарить, отдать в уплату за долг, обменять и т. п. Как свидетельствуют исторические документы, в 1943 году один богаты феодал по имени Чэнгмоим Норбу Вангуай продал монаху-чиновнику Гарчжола Камси из района Чжигоин 100 крепостных по цене 60 тибетских лянов серебром (соответствует примерно 4 китайским лянам серебром) за каждого, кроме того он отдал монастырю Куньдэлин 400 крепостных в качестве покрытия долги в размере 3 тысячи тибетских пин серебром (около 10 тысяч китайских юаней серебром). Феодал распоряжался рождением, смертью, женитьбой и замужеством своих крепостных. Если крепостной парень захотел жениться на крепостной девушке, принадлежащей другому хозяину, он должен был уплатить хозяину невесты выкуп. Бывало, что в обмен на крепостную, выданную замуж за парня своего поместья, феодал отдавал девушку из числа своих крепостных. Могло быть и там, что вступившие в брак крепостные и после женитьбы оставались собственностью своих прежних хозяев. В таком случае рождавшийся у них мальчик переходил в собственность хозяина мужа, а если рождалась девочка, то она становилась собственностью феодала, являющегося хозяином ее матери. Все дети крепостных с самого рождения заносились в реестры крепостных и были обречены всю жизнь быть собственностью феодала.


Главными формами жестокой феодальной эксплуатации были трудовые повинности и ростовщичество. Трудовые повинности и оброк, которыми облагались крепостные в старом Тибете, были очень тяжелыми. Среди них были повинности, раз и навсегда установленные, занесенные в регистрационные реестры крепостных, а были также временно назначаемые повинности и сборы. По неполной старистике, число трудовых повинностей и налоговых сборов, назначенных кашагом, превышало 200, трудовые повинности, выполняемые крепостными в пользу кашага и феодала, составляли 50 процентов всего объема работ крепостных, в некоторых случаях доля трудовых повинностей доходила до 70-80 процентов. Как было выяснено в ходе обследования, предпринятого накануне демократических реформ, Дагча-регент при малолетнем Далай-ламе XIV имел поместье площадью 1445 кхал, 81 душу трудоспособных и полутрудоспособных крепостных. В год они отрабатывали 21260 дней барщины, что равняется круглогодичному труду 67,3 взрослых мужчин. Иными словами, 83 процента крепостных этого регента безвозмоздно работали в его пользу.

Несмотря на то, что крепостные трудились от зари до зари, той продукции, что оставалась в их распоряжении, порою не хватало даже, чтобы прокормиться, и они вынуждены были брать зерно или деньги в долг под высокий процент. Ростовщический процент был очень высоким. Так монастыри устанавливали норму процента на денежные ссуды в размере 30 процентов, на ссуду зерном – в размере 20-25 процентов; феодалы соответственно в размере 20 процентов на денежные ссуды и 20-25 процентов на зерно.

В ведомстве кашага было несколько ростовщических контор. Далай-ламы также имели две собственные ростовщические конторы. Как свидетельствуют записи в учетных книгах этих двух контор, размер ссуд, отпущенных ими под высокие проценты, составлял 3,0385 мл. Тибетских лянов серебра.



Проценты на взятую в долг ссуду росли как снежный ком, задолженность по ней передавалась по наследству от отца к сыну, от сына к внуку, разорялся долждник, разорялся человек, давший поручительство, а долг продолжал расти. В уезде Моньджокунька был крепостной по имени серинг Гоинбо. Его дед в свое время взял в долг у монастыря Сэра 50 кхал (1 кхал=14кг) зерна. В течение 77 лет дед, отец и сам Серинг Гоинбо 77 лет выплачивали монастырю Сэра зерном задолженностью по процентам, всего уплатили более 3 тысяч кхал зерна, однако заимодавец утверждал, что за его семьей все еще числится долг в размере 100 тысяч кхал. Крепостной Дайизин из Донгара в 1941 году взял в долг у хозяина 1 кхал ячменя. К 1951 году хозяин потребовал возврата долга в размере 600 кхал зерна. Дайнзину ничего не оставалось, как уйти из родного села. Но хозяин тогда схватил сына (7лет) Дайнзина в качестве уплаты задолг, жена его покончила самоубийством.

Для защиты интересов феодалов нравители Тибета разработали целый ряд законов. На протяжении нескольких веков действовали «Кодекс из 13 пунктов» и «Кодекс из 16 пунктов», согласно которым все население Тибета делилось на три категории и 9 разрядов, причем оговаривались очень четко неравные права каждого разряда перед законом. Эти кодексы гласили: «не вступай в пререкания с образованными младшими членами знатных фамилий», тяжким преступлением считалось, если принадлежавший к низкому разряду поднимал руку на вышестоящего, било если нижний чин осмеливался вступать в пререкания с высшим чином, совершивший его подвергался аресту»; «аресту подвергатся крепостные, отказавшиеся подчиниться хозяину», «аресту подлежит простолюдин, толкнувший должностного чиновника» и. п. Был также пункт, предусматривающий «арест и избиение плетьми в случае, если человек, подавший жалобу вану, не сумел соблюсти положенного ритуала». В отношении лиц, принадлежавших к разным разрядам, но совершивших одинаковое преступление, полагались различные по степени строгости наказания. Так в статье о мере наказания за убийство говорилось: «Все люди делятся на категории и разряды, в зависимости от чего устанавливается и цена за их жизнь». За убийство сына вана, живого будды и других представителей высших разрядов полагался штраф золотом в размере, равном весу трупа убитого. А стоимость жизни представителей низших разрядов – женщин, мясников, охотников, ремесленников и т. п. Оценивалась в размере, едва достаточном для покупки куска соломенной веревки. Пункт, касавшийся возмещения за нанесенную травму, устанавливал: Слуге, по вине которого хозяин получил травму, следует отрубать руку или ногу; хозяин, избивший слугу, может пригласить врача, чтобы тот залечил раны избитого, но хозяин отказывался платить какую бы то ни было денежную компенсацию.


Руководствуясь как писанными законами, так и ненаписанными традициями, феодалы-крепостники создали систему карательных учреждений – тюрем, в том числе и частных. В распоряжении местного правительства, а также крупных монастырей имелись суды и тюрьмы. Каждый крупный феодал мог оборудовать у себя в поместье частную тюрьму. Наказания за преступления включали пытки, отличавшиеся исключительной жестокостью, - преступника ослепляли, либо ему отрезали уши, отрубали кисть руки или ступню, вытягивали жилы, топили в реке. В одном из крупнейших тибетских монастырей – монастыре Галдан имелись в большом количестве ручные и ножные кандалы, батоги, орудия для ослепления, вытягивания жил и другого рода пыток. Среди экспонатов Выставки по истории тибетского общества, разместившейся в Пекинском дворце культуры национальностей, можно видеть предметные и фотографические изображения отрубленных конечностей крепостных и другие документы, свидетельствующие о бесчеловечном обращении крепостников с крепостными и рабами.

На протяжении всей истории существования крепостного строя широкие слои тибетских земледельцев и скотоводов подвергались политическому гнету и экономической эксплуатации. В любой момент они могли подвергнуться издевательству со стороны правящих классов. В тибетском народе имела хождение такая пословица: «Унести с собой сможешь лишь собственную тень, оставить сможешь лишь след от своих ног». Со всем основанием можно сказать, что во всем мире нигде так серьезно не нарушались права человека, как в старом Тибете.

В условиях мрачного феодального-крепостного строя тибетские трудящиеся никогда не прекращали сопротивления и борьбы. Для того, чтобы отстоять свои права, они прибегали к таким формам протеста, как подача петиций, бегство от хозяина, отказ выплачивать непосильную ренту или отрабатывать барщину, вплоть до вооруженной борьбы. Однако любые требования крепостных встречали лишь новые жестокости и репрессии со стороны крепостников-землевладельцев. Согласно законодательству в старом Тибете, «любого рода протест рассматривался как тяжкое преступление». Не только сам осмелившийся выступить с протестом обрекался на смерть, но все его имущество подлежало конфискации, жена остановилась рабыней. В директиве, изданной Далай-ламой V, говорилось: «Люди Лхари Зибы, слушайте меня: ... если вам взбредет в голову добиваться свободы и комфорта, то я уже распорядился, чтобы хозяин прибег к таким мерам, как отрубание рук, ног, ослепление, избиение и казнь». Эта директива позднее неоднократно подтверждалась последующими правителями.
http://chinaconsulate.khb.ru/rus/ziliao/zt/zfbps/t25315.htm
Subscribe

  • Читая книгу И.Волгина "Последний год Достоевского" (1986). Num 1

    28 января [9 февраля] 1881 - год смерти Достоевского и одновременно год начала явных 36 летних политических циклов России. Со смертью…

  • Блеск и нищета техницизма

    2021-02-11 Пора выпускать из пробирки лёд-9? (1/x) С точки зрения теории коммуникации проблему возможность сноса и перезапуска всего Интернета…

  • Go to Navalning ....

    Идут на север, срока огромные. Кого ни спросишь – у всех указ. Взгляни, взгляни в глаза мои суровые. Взгляни, быть может, в последний раз. А…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment