obsrvr (obsrvr) wrote,
obsrvr
obsrvr

Читая "Не надо жадничать" - 2

2. "У нас сегодня более 60 процентов нефтепереработки принадлежит государству, поэтому оно должно само с собой разбираться, почему цены на бензин растут."
http://www.expert.ru/printissues/expert/2007/42/prosto_ne_nado_zhadnichat

Сравним
НЕОБХОДИМО ВМЕШАТЕЛЬСТВО ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ. 12.05.2004
(Анализ модернизации нефтеперерабатывающей отрасли стран СНГ)
http://evrazia.org/modules.php?name=News&file=article&sid=1781
http://evrazia.org/modules.php?name=News&file=article&sid=1782

Еще одна особенность российской нефтепереработки – основные нефтеперерабатывающие заводы приватизированы и государство в их развитие не вмешивается.

Новые хозяева не спешат вкладывать серьезные деньги в нефтепереработку. В условиях высоких цен на нефть это не слишком прибыльное мероприятие. Заводы от советского строя достались достаточно старые, необходимы солидные вложения, а сроки окупаемости комплексов глубокой переработки нефти длинные (7 – 10 лет).

Необходимо отметить, что за последние пять лет, которые отмечены высокими ценами на нефть в мире, компании, по-разному, относились к своим перерабатывающим мощностям. Если, такие компании как ЛУКойл и ТНК-BP вкладывали значительные средства в развитие своих нефтеперерабатывающих заводов, то ЮКОС и Сибнефть делали это по остаточному принципу. Основные инвестиции в этих компаниях шли на развитие добычи и транспортировки нефти, что позволило им резко увеличить объемы продаж нефти на экспорт. Надо отметить, что дефолт и низкие цены на нефть 1998 г. сыграли отрицательную роль на долговременной инвестиционной политике компаний. Была выработана новая доктрина ведущих нефтяных компаний России – все силы на добычу, расширение путей экспорта нефти любыми способами, переработка нефти внутри России убыточна, поэтому финансироваться должна в последнюю очередь. В результате за последние пять лет ни один комплекс глубокой переработки не вошел в строй. И это в условиях, когда прибыль в компаниях измеряется миллиардами долларов США, а частные владельцы компаний – самые богатые в мире. После ввода в действие в Европейском сообществе всех экологических стандартов на производимые и импортируемые моторные топлива российские заводы с их устаревшими технологиями будут поставлены в условия производства продукции, используемой в дальнейшем только в качестве сырья для получения на европейских заводах конечных продуктов нужного качества. Таким образом, российская нефтепереработка будет терпеть убытки, а акционеры нефтяных компаний требовать у государства увеличения экспортных пошлин. Замкнутый круг. Необходимо вмешательство государственных органов, которые могут и должны выработать единую политику развития нефтеперерабатывающих производств, потребовать выполнение основных инвестиционных программ, утвержденных правительством России. Необходимо создание единого центра руководства инвестициями в нефтепереработку.


Хороший пример сегодня демонстрируют некоторые республики бывшего Советского Союза. Совершенно изменился нефтеперерабатывающий завод в Туркменистане (бывший Красноводский НПЗ ныне Туркменбаши). Вложение серьезных инвестиций (до 1 млрд. долл. США) позволило этому заводу получить новейшую установку каталитического крекинга («милли-секонд»), строительство проходило под руководством государственных органов и строго контролировались сроки запуска производств.

Государственные структуры Беларуси даже, несмотря на то, что контрольный пакет акций ОАО «Мозырский НПЗ» принадлежал ОАО «НК Славнефть», сумели различные льготами создать возможность реконструкции завода. В последние годы проведена реконструкция миллионного риформинга со стационарным слоем под процесс «дуалформинга» разработки Французского института нефти. Под процесс гидроконверсии вакуумного газойля реконструирована секция гидроочистки дизельного топлива установки ЛК-6У. В марте 2004 г. запущен комплекс каталитического крекинга «милли-секонд» мощностью 2 млн.т/год.
Надо отметить, что значительный вклад в реконструкцию Мозырского НПЗ внесла и сама компания Славнефть, которая в то время была государственной. Принадлежность ОАО «НК «Славнефть» государству хорошо проявилась и при модернизации установки каталитического крекинга на АО «Славнефть-Ярославский НПЗ», пуске новой установки по производству МТБЭ и возобновлению строительства гидрокрекинга.
Государственная компания ОАО «НГК «Роснефть» много занимается своим заводом в Комсомольске-на-Амуре. В 2001 г. запущена установка каталитического риформинга производительностью 600 тыс.т/год, установка изомерзации бензиновых фракций, начато строительство комплекса замедленного коксования. За последние 4 года вложено более 160 млн. долл. США.
Итак, прослеживается главная тенденция в области модернизации нефтеперерабатывающих производств. Там, где государственные структуры вмешиваются в процесс распределения инвестиций, реконструкция НПЗ идет полным ходом, результаты достигаются быстро, отдача не затягивается. В других случаях нефтепереработка, как правило, оказывается в роли падчерицы.
Несколько примеров по Украине и Казахстану. На Украине своей нефти добывается крайне мало. В силу различных причин (прежде всего политических) украинская нефтепереработка пережила в конце 90-х годов труднейший период своего развития. Например, только Лисичанскнефтеоргсинтез останавливался десятки раз вследствие отсутствия нефти. Российские нефтепромышленники соглашались поставлять нефть на украинские заводы только на своих условиях, нужды заводов игнорировались. В конце концов, украинское правительство согласилось приватизировать свои заводы российским нефтяным компаниям (Лисичанскнефтеоргсинтез – ТНК-ВР, Одесский НПЗ – ЛУКойлу, Кременчугский НПЗ – Татнефти).

Последствия отсутствия нефти на ОАО «Лисичанскнефтеоргсинтез» оказались катастрофичными. Комплекс ЭП-300 практически разрушен, треть перерабатывающих мощностей сдано в металлолом. Сейчас идет переработка на части завода, задачи реконструкции здесь сложнейшие.

Государственные органы Украины, намучившись с отсутствием нефти на своих заводах, в настоящее время слабо занимаются контролем над проводимыми реконструкциями НПЗ.
По остаточному принципу финансируется и переработка Казахстана. Новые заводы в Павлодаре и Чимкенте, доставшиеся Казахстану в 1992 году после распада Советского Союза, так и остались недостроенными (установки каткрекинга и коксования - в Чимкенте, вторая очередь ЛК-6У – в Павлодаре).
В Грузии Батумский НПЗ практически не модернизировался.
Подводя итоги, следует отметить, что с распадом СССР нефтепереработка бывших республик потеряла центр управления инвестициями в нефтеперерабатывающие заводы, модернизация проходила по остаточному принципу, зависела от волюнтаризма руководителей нефтяных компаний и новых государств. Сегодня, за редким исключением, все заводы стран СНГ испытывают нехватку в средствах на модернизацию и если государственным органам продолжать играть роль сторонних наблюдателей, очень скоро нефтеперерабатывающие заводы надо будет строить заново, вкладывая в 2-3 раза больше средств или вообще отказаться перерабатывать нефть на таких заводах.

У НПЗ нет стимулов вкладываться в модернизацию производства (ноябрь 2005)
http://www.epr-magazine.ru/prompolitics/interview/kapustin/
В российской нефтепереработке - cтарые заводы, изношенное оборудование, низкая глубина переработки — на уровне 70 процентов, низкая загрузка мощностей — на 70-75 процентов. Перерабатывать нефть на старом оборудовании невыгодно. Еще одна проблема — пассивность государства. Не ужесточаются требования к качеству производимого топлива — сейчас в России они на уровне 70-х годов XX века. Причем тридцатилетнее отставание консервируется компаниями, активно сопротивляющимися повышению экологических норм, в том числе путем блокирования законопроектов в Думе. Требования не только не растут, фактически даже устаревшие нормы государство не пытается отстаивать. В результате значительную долю в продажах занимают самопальные смеси из прямогонного бензина.

Естественно, вкладывать средства в модернизацию при подобных обстоятельствах у компаний нет ни малейшего желания. Нефтяные компании, получившие при приватизации нефтепереработку в качестве бесплатного приложения, предпочитают инвестировать в развитие добычи, которая дает быструю прибыль. Строительство НПЗ по определению гораздо более долгосрочный и рискованный проект — в среднем с момента появления идеи и до выхода проекта на самоокупаемость уходит не менее десяти-двенадцати лет: пять лет надо строить, пять-семь — отбивать инвестиции. Причем немаленькие. Стоимость крупного комплекса переработки нефти составляет от 500 миллионов до 1,5 миллиарда долларов. Изымать на длительный срок такие суммы из оборота компании станут либо только при очень большой нужде, либо в расчете на солидную прибыль.

Э: Что, на ваш взгляд, может сделать государство, чтобы процесс обновления отрасли активизировался? Может ли такой мерой стать директивный переход на новые стандарты топлива?

В. К.: Ряд шагов со стороны государства уже сделан. Во-первых, были повышены экспортные пошлины на нефть. В результате на какое-то время компаниям стало выгоднее не вывозить нефть, а перерабатывать ее внутри страны. Сразу за первые шесть месяцев 2005 года переработка увеличилась на 5,2 процента, а экспорт — только на 0,7. Еще в прошлом году ситуация была противоположной: экспорт вырос почти на 20 процентов, а переработка — на 3,8. Во-вторых, было принято решение о пересмотре акцизной политики. Налоги на низкооктановый бензин будут выше, чем на высокооктановый — у НПЗ появился стимул повысить качество продукции. Из дополнительных мер, на мой взгляд, необходимо ввести льготы по НДС и снизить пошлины на импортное оборудование, используемое для реконструкции НПЗ. И конечно, необходимо изменить политику в области стандартов качества, без этого все остальные меры будут иметь очень ограниченный эффект.

Э: Есть ли в других странах опыт государственного участия в подобных процессах?

В. К.: Да. Наиболее масштабным участие государства в развитии нефтепереработки было в США в 70-е годы. После начала нефтяного кризиса, когда ОПЕК сначала ввела эмбарго на поставки нефти западным странам, а затем резко подняла цены, в Америке была поставлена задача масштабного обновления нефтеперерабатывающих мощностей с целью повысить уровень выхода светлых нефтепродуктов. Вмешательство было тем более необходимо, что в результате изменения конъюнктуры значительная часть отрасли была выбита из седла. Только с 1980-го по 1985 год закрылось более пятидесяти нефтеперерабатывающих предприятий из трехсот, загрузка оборудования сократилась с 90 процентов до неполных 70, а общее производство всей продукции снизилось на 3 миллиона баррелей в день — почти на 20 процентов.

В течение 1980-х эта программа была реализована, практически все заводы подняли глубину переработки до 90-95 процентов. В результате радикально изменилась и структура деятельности американских ВИНК: если прежде они были по преимуществу нефтяными компаниями и основные доходы им приносила добыча, то после модернизации мощностей центр финансовых поступлений сместился в область переработки и добычи. Сейчас они перерабатывают в среднем в два раза больше нефти, чем добывают.

Основными рычагами государственной политики в этой сфере были новые законы о качестве топлива и программа поддержки модернизации, включавшая, в частности, разделы по развитию НИОКР. Общая сумма налоговых льгот и кредитов, предоставленных бюджетом в рамках данной политики нефтяным компаниям, оценивается в 55-60 миллиардов долларов.

Свою роль в этой программе технического перевооружения сыграло и то обстоятельство, что часть компаний переориентировалась на тяжелую мексиканскую нефть (она была дешевле ближневосточной примерно на 5 долларов за баррель).

Сейчас мировая торговля нефтью и нефтепродуктами связана весьма косвенно. Рынок нефти уже давно стал глобальным, в то время как нефтепродукты — это чисто региональный товар. Нефть традиционно отправляют на экспорт в сыром виде, а перерабатывают рядом с рынком сбыта, получая около десятка фракций нефтепродуктов разной плотности — от легкого керосина до тяжелого битума. При этом постоянно растет спрос на все более качественное топливо, в то время как смесь добываемых сортов нефти остается практически неизменной. Есть два варианта решения этой проблемы. Первый: существующие НПЗ должны инвестировать в технологии, которые увеличивают выход легких фракций, наиболее востребованных конечным потребителем. Однако нефтеперерабатывающие заводы — это сложные и дорогие предприятия, на модернизацию может уйти до пяти-шести лет и миллиарды долларов. Строить же новые мощности в развитых странах и подавно никто не рискует. Даже если решение о строительстве НПЗ будет принято сегодня, само строительство может затянуться примерно до 2010-2013 годов. То есть новые НПЗ войдут в строй практически накануне пика потребления в развитых странах — к 2015 году они должны достичь максимального уровня потребления нефтепродуктов (за счет появления более энергоэффективных моделей автомобилей, судов и самолетов). Нефтеперерабатывающие мощности в развитых странах в последнее десятилетие сократились на 15 процентов (правда, выпуск нефтепродуктов несколько вырос благодаря более высокой загрузке существующих мощностей — она увеличилась с 80 до 95 процентов).

Именно поэтому нефтяники все больше склоняются ко второму варианту: в мире должна увеличиться межрегиональная торговля нефтепродуктами, которая сегодня составляет всего 3 миллиона баррелей в сутки. Так, Саудовская Аравия планирует увеличить свои перерабатывающие мощности на 80 процентов до 2010 года. Такое развитие событий потребует перестройки инфраструктуры рынка — вместо нефтеналивных танкеров потребуются танкеры, приспособленные для перевозки на большие расстояния самих нефтепродуктов. Но игра стоит свеч. Переход от переработки у потребителя к переработке на месте добычи поможет стабилизировать глобальный рынок нефти, который сегодня страдает от межрегиональных дисбалансов, когда в одном регионе есть избыток сырой нефти, а в другом недостаток нефтепродуктов — дело не только в нехватке танкеров, но и в том, что НПЗ ориентированы на определенный тип сырья и нефть из других месторождений зачастую для них не подходит.

Переработка на месте может решить эту проблему. Нефтепродукты будут напрямую направляться туда, где на них существует спрос, что сгладит региональные дисбалансы, так ярко проявившиеся в 2004 году. Эта тенденция создает для нефтедобывающих стран, включая Россию, отличные возможности увеличить долю добавленной стоимости в каждом экспортированном барреле.


Впервые за новейшую историю в России с нуля построят нефтеперерабатывающий завод
http://www.expert.ru/printissues/volga/2006/34/nayti_130_milliardov/
http://www.expert.ru/printissues/volga/2006/34/interview_bagmanov/

Комплекс нефтеперерабатывающих и нефтехимических заводов в Нижнекамске (Татарстан) стал для отрасли беспрецедентным явлением. Подобное производство, создаваемое «с нуля» — первое в России за последние 25 лет. Кроме того, здесь будет достигнута не имеющая пока аналогов в нашей стране глубина переработки нефти — 95%

Окончательная структура финансирования пока не утверждена. Первоначально называлась схема, при которой доля вложений «Татнефти» составит 20%, а доля заемных средств — европейских и российских финансовых и банковских структур — 80%.

Учредителями заказчика проекта — ЗАО «Нижнекамский НПЗ» (образовано в октябре 2005 года, получает средства на заемной основе для работ на строительной площадке) — являются четыре компании: ОАО «Татнефть», владеющее 40% акций, госхолдинг ОАО «Связьинвестнефтехим» (9%) и стратегические инвесторы — компании Furman Holdings Limi-ted и Halflein Enterprises Limited, имеющие в общей сложности 51% акций.

По словам Азата Ягафарова, «Татнефть» может получить контрольный пакет в нижнекамском комплексе. Планируется, что ее доля составит 40%, остальная часть будет принадлежать Республике Татарстан и фонду коллективных инвестиций, большая часть которого также принадлежит «Татнефти».

Федеральный бюджет вложит средства в сооружение объектов инфраструктуры: нефтепровода (7,2 млрд рублей), продуктопровода (5,2 млрд) и железнодорожных путей (4,1 млрд рублей). Все эти объекты в дальнейшем отойдут на баланс госкомпаний — «Транснефти», «Транснефтепродукта» и «Российских железных дорог». В целом же объем капитальных вложений в строительство комплекса составит, по последним расчетам, более 130 млрд рублей. Выпуск товарной продукции запланирован в размере 81,6 млрд рублей, внутренняя норма доходности — 11,3%, срок окупаемости — 6,6 года. Ежегодная прибыль — около 10,5 млрд рублей, а налоговые отчисления в бюджеты всех уровней с учетом акцизов — около 15 млрд рублей в год.
http://www.expert.ru/articles/2006/11/22/megatatneft/
Tags: Россия, нефтепереработка и нефтепродукты, нефть
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment